December 4th, 2006

Могила Дракулы. Часть 2: Брэила.

Сентябрьский Бухарест поражал буйством ароматов и радугой красок щедрой осени: от ярко желтых и красных перцев, до фиолетовых, с белым налетом слив и почти черных лаковых баклажанов. Дни стояли по настоящему летние и сочная зелень каштанов, платанов и грецкого ореха совсем не напоминала о двадцатых числах сентября. В городе шел праздник молодого вина, холодную кружку которого, очень кстати, можно было приобрести буквально на каждом углу (за очень символическую плату). Коля, в этот раз, выбил у Советника «волгу» для обслуживания наших переговоров и я, наконец, смог, хоть и из окна машины, оценить красоту старого центра и кольца больших бульваров столицы.

Это бульварное кольцо было создано в конце XIX—начале XX веков, наподобие парижских Больших бульваров и долгое время являлось границей городской застройки. Особенно запомнилась западная часть города между летней резиденцией румынских королей - замком «Котрочень» и «Оперной» площадью. Ну и конечно, отдельной похвалы заслуживает главная улица Бухареста – «Каля Виктория», которая представляет собой настоящий архитектурный музей со знаменитыми королевским дворцом, зданием библиотеки университета и множеством других исторических построек.

Переговоры шли на удивление легко и на пятницу, румынская сторона наметила подписание контракта непосредственно на ЦКБ в городе Брэила, который располагался в дельте Дуная, всего в нескольких часах езды от столицы. Уникальность этого комбината заключалась в том, что он работал на экзотическом местном сырье: тростнике и камыше, обильные заросли, которых, сплошным ковром покрывали мелководье великой славянской реки.

Ранним утром пятницы, мы покинули Бухарест и взяли курс на Брэилу. Миновав индустриальный центр - Плоешти, проехав Бузэу, наша машина свернула на восток в уезд  Бэрэган. За окном тянулись голые, немного холмистые и совершенно высохшие степи. Наконец, после почти двух часов скучнейшего пейзажа,  показались трубы целлюлозного и химического комбинатов города Брэилы. Окраина города - его промышленная часть, представляла собой паутину железнодорожных путей и веток со сплошной полосой складов, пакгаузов и заводских корпусов. Зато, старая, центральная часть города, сохранила свою оригинальную планировку XIX века, созданную усилиями генерала Киселева, наместника Российской Империи в Валахии. В 30-х годах позапрошлого века, российский губернатор создал из старого турецкого порта, настоящий европейский город с четкой геометрической планировкой, когда от центральной площади все улицы расходятся веером, скрепленным полукольцами бульваров.

Подписание контракта завершилось поздним завтраком в заводской столовой, где гостям была предложена масса овощных блюд, сыров, жареная курица, плохой румынский коньяк и хорошее молодое вино. Не могу не вспомнить отличный салат из мясистых гагашар (гибрид красного перца с помидором) с луком, чесноком и брынзой, обильно сдобренный растительным маслом.

В двенадцать дня мы закончили всю протокольную часть нашей поездки, и впереди меня ожидало, крайне любопытное, посещение (организованное Николаем) деревни староверов – поповцев, так называемых «липован». Откуда взялось такое название, по-моему, не знает никто, включая самих староверов. Зато точно известно, что «липоване» поселились в дельте Дуная в 18 веке и организовали так называемую Белокриницкую Метрополию.  При этом если в течение почти двух веков староверы жили, обособлено и их никто не трогал, то при режиме Чаушеску велась активная политика по ассимиляции «липован» с коренным населением. Процесс шел очень туго не только из-за религиозных, культурных и языковых барьеров, но и по чисто антропологическим аспектам. Рядовой «липованин» имел рост не менее 180 см., косую сажень в плечах, и был на голову выше любого румынского «богатыря». Недаром, румыны называют русских староверов «живыми экскаваторами» или просто «живыми». Тем не менее, эта политика дала определенные результаты и в городах появились кварталы староверов, имеющие забавное название – «махалы». Кстати, в Бухаресте, недалеко от моей гостиницы, как раз находился такой квартал, и я имел честь наблюдать бородатых, молчаливых здоровяков в местной пивной «Гамбринус». Продолжение следует…