December 5th, 2006

Тяжело ранен Русский человек!

Вчера в воскресенье 03.12.06г. около 17 часов рядом с пересечением ул. Рубинштейна и Графского пер. произошло столкноовение между гулявшими Рсскими молодыми людьми и Антифа - антирусскими фашистами, возращавшимися с планового митинга на Малой Конюшенной улице. Завязалась драка. Антифа широко использовали различное оружие.
На А. напали сразу шестеро антирусских ублюдка. Ему нанесли 4 (четыре) удара ножом в спину в область сердца. Несомненно, что пытались убить. Убить подло - в спину, шестеро на одного. Товарищи сумели отбить А. у озверевших подонков. Бросив нож в луже крови, антифа скрылись.
Особо отмечу, что сотрудниками милиции были задержаны только знакомые пострадавшего, доставившие его в больницу. Антирусские шавки "бесследно исчезли". Более того, сотрудники правоохранительных органов всеми силами добивались нужных ИМ показаний. Единственное, что вселяет надежду на правосудие - найденый на месте преступления нож (надеюсь, что с отпечатками пальцев подонка).
У А. пробито легкое, перерезана артерия на руке, большая потеря крови. Его только что перевели из реанимации, тем не менее, несмотря на тяжёлое состояние, он пытается бодриться. Мы желаем нашему соратнику скорейшего выздоровления.
По моим сведениям это не первый случай, когда антирусская шваль режет мирных граждан на том основании, что у них "славянская внешность".
Мы оставляем за собой право на адекватный ответ.
Подонки должны быть наказаны!

Могила Дракулы. Часть 3: Липоване..

Поселение староверов находилось достаточно близко от города и уже через полчаса мы здоровались со старостой деревни Селеверстом, который, опровергая общее мнение, был невысок, плешив и коренаст, с достаточно редкой бороденкой и хитрыми прищуренными глазами. Одевался староста в лучших традициях XIX века: холщевая белая рубаха - косоворотка навыпуск, суконные полосатые брюки, короткие хромовые сапоги в гармошку и, несмотря на жару, черная безрукавка - душегрейка, подбитая овчиной. Нам предложили сесть на улице, недалеко от входа в посад, за длинный деревянный стол под двухскатной крышей, стоявший рядом с летней кухней.

Сам поселок располагался на небольшом холме, и с низкой точки нашей дислокации можно было рассмотреть не так уж много. Прямо против входа на вершине холма стояла большая, красивая церковь, на половину скрытая от наших глаз двумя длинными деревянными амбарами. По правую руку, под пригорком, был небольшой пруд с утками, по берегу которого бродило стадо гусей, общипывая мелкую травку. Слева, в метрах десяти от стола, из-за фруктовых деревьев проглядывал большая жилая изба (наверное, старосты) с колодцем во дворе. Весь этот ландшафт прорезала утоптанная проселочная дорога, уходившая по холму вверх и вправо.

К столу неторопливо подошла статная жена Селеверста и стала молча расставлять миски с жареными ломтиками, острыми баклажанами, солеными огурцами, отварной картошкой и свежей зеленью. Коля, со своей стороны, выставил бутылку «столичной» (привезенной мною из Москвы), достал пачку пластиковых, разовых тарелок, вилок и стаканчиков. Необходимость пластиковой посуды была вызвана тем, что староверы всегда выкидывают посуду, из которой принимали угощение пожаловавшие к ним в гости чужаки. Хозяин абсолютно не прореагировал на водку, а вот две катушки толстой «клинской» лески, врученной Колей, вызвали неподдельную благодарность, поскольку, таким образом, была выполнена давняя просьба старосты.  Только приняли по первой, как на столе появился большой противень с жаренными с луком в сметане белыми грибами и запотевший кувшин с удивительно вкусным напитком из ревеня с хреном.

За время нашей полуторачасовой трапезы и беседы мы смогли наблюдать, помимо Селеверста с женой Анной, двух женщин проплывших мимо с деревянными граблями через плечо и дьякона в черном подряснике, который три раза пробежал от церкви до амбаров и обратно. У меня сложилось впечатление, что у попа в амбаре была спрятана бутылка, и он периодически причащался. Кстати все женщины были одеты в длинные сарафаны, украшены бусами, а головы низко подвязаны белыми платками.

Селеверст говорил быстро и очень правильно, даже в какой то московской «акующей» манере, только вот обороты его речи были старорежимными и требовали постоянного внимания со стороны слушателей. Разговор шел не о чем: погода, урожай, грибы и конечно рыбалка. Хозяин ни одним намеком или вопросом не поинтересовался жизнью в России, хотя и знал, что я приехал из Москвы. Естественно, что такое же «табу» было негласно наложено на скользкую тему веры и православия. Правда на мой вопрос, где издается «Вестник Метрополии», несколько номеров, которого лежали на краю стола, староста охотно ответил, что вся литература приходит из США.

Весь обратный путь до Бухареста, меня не оставляло чувство, что я благодаря «машине времени» побывал в России середины XIX века. Ведь все увиденное было подлинной жизнью, без малейшего налета лубка и этнографического музея под открытым небом.

Завтра меня ожидало новое приключение – рыбалка на легендарном озере Снагов, в рамках «дня здоровья», организованного для сотрудников и членов семей аппарата Советника. Такие поездки были довольно редкими (мне просто повезло, что это случилось во время моей командировки), поскольку на озере была зона отдыха только для дипломатических представительств зарубежных стран. Поэтому, наше Посольство давало разрешение на посещение зоны, другими советским организациям в Бухаресте, не чаще трех раз в год. Продолжение следует…